С. Бандера. Открытые карты

6 Декабрь 2013 автор: admin

ОТКРЫТЫЕ КАРТЫ
Третья по счету статья Степана Бандеры на тему пророссийской тенденции в американской политике 1950-х годов тесно связана с двумя предыдущими. Она напечатана в еженедельнике «Український Самостійник», Мюнхен, год изд. III, ч. 46/147 от 09.11.1952 г.

Пророссийская тенденция нынешней американской политики в холодной войне с СССР внешне аргументируется главным образом желанием объединить в один фронт все антибольшевистской силы. Если бы этот мотив действительно преобладал, то соответствующие старания должны были сосредоточиться на усилении и координации таких действующих антибольшевистских сил и акций, которые отличаются наибольшим потенциалом и динамикой и которые могут создавать общий фронт, учитывая созвучные цели в борьбе против общего врага. Такими естественными союзниками являются народы, борющиеся с московско-большевистским порабощением за свою национально-государственную самостоятельность и не имеющие по отношению друг к другу неприязненных намерений.
Тем временем американская акция на этом отрезке ставит четкую границу между освободительной борьбой т. н. сателлитных стран, попавших под московское господство в последней мировой войне, и такой же освободительной борьбой народов ранее порабощенных Москвой. Первая и вторая группа народов состоит в аналогичной борьбе против большевизма и против любого порабощения московским империализмом, против навязанной Москвой коммунистической системы – за полную государственную самостоятельность и независимость. Фактическое положение и тех, и других очень похоже, а путь к освобождению и возможности борьбы – такие же. Но американские круги не только не способствуют цементированию общего фронта тех и других народов, но и препятствуют этому различной их трактовкой. Это наглядно показывает, что единый фронт не решает проблему антибольшевистских сил и их укрепления.
Совершенно иное отношение американской политики к освободительным целям первой и второй группы народов вытекает из основополагающей программы против московского империализма. До Второй мировой войны этот империализм получает одобрение современной американской политики. Поэтому она не поддерживает независимых стремлений этих народов, а только трактует их борьбу как антирежимное сопротивление. С дальнейшей же экспансией России она уже не хочет согласиться, и поддерживает, по крайней мере декларативно, стремления к государственной независимости народов, которыми Москва овладела после последней войны.
Не думая о создании и укреплении настоящего общего антибольшевистского фронта там, где он возможен и естественен, как фронт порабощенных народов против московского империализма и его инструмента – коммунизма, американские политики тратят силы на соединение несоединяемого. Но это только внешняя форма. Потому что и они должны хорошо понимать, что приведение к одним рамкам московских империалистических, хоть и антикоммунистических, тенденций и освободительной борьбы порабощенных народов не создаст ни силы, ни динамичной, плановой деятельности, а лишь приведет к взаимному бессилию. Речь, по всей видимости, не идет об общей силе, об акции или о настоящем общем фронте. Главная цель такой политики – получить поддержку московских кругов, стоящих на империалистических позициях, но настроенных против большевистского режима и системы. Имеется в виду не столько их активная революционная борьба, а скорее лишение их поддержки и обороны большевизма по московско-империалистическим мотивам и вызывание в них пассивного равнодушия или даже симпатии к противникам СССР, если это не будет нарушать целостности империи. Вторая цель – чтобы ненадежных союзников, которыми являются московские антикоммунистические империалисты, внутренне связывать, держать в страхе из-за связи с ними освободительных сил порабощенных Москвой народов. В этом плане наши освободительные стремления трактуются только как предмет политики против московского империализма: во-первых, как цена для его умилостивления, и, во-вторых – как нейтрализатор и обеспечение безопасности.
Такую политику расцениваем как насквозь лживую и безнадежную даже в отношении ее успешности. С ее помощью американцы не получат расположения московского империализма, а только укрепят его самоуверенность и агрессивность. Чтобы они не делали, их собственным врагом, как и врагом всего Запада, есть и останется московский империализм, а не только одна форма – большевизм. Вступая в конкуренцию с большевизмом за получение симпатий империалистических настроений московского народа, США сами ставят себя в такое положение, в котором должны проиграть, потому что Сталина в этом не превзойдут. Вместо того, чтобы мобилизовать весь свободолюбивый мир против двух видов одного и того же врага – против московского империализма и коммунизма, вместо того, чтобы идти в наступление и обезвредить его, политики США помогают укрепить чувство непобедимости московского империализма тем фактом, что даже такая мощь, как США, не решается против него выступать.
Но самой большой бедой рассмотренной здесь пророссийской концепции в американской политике является то, что она намеревается встромить нож в спину национально-освободительной борьбы Украины и других порабощенных Москвой народов и перекрывает путь к пониманию и содействию между ними и антибольшевистскими усилиями США.
Эта концепция негативно относится к сути освободительной борьбы Украины и других народов, то есть к их стремлению к полной государственной самостоятельности и полной ликвидации любой зависимости от Москвы. Эта концепция требует от нас отречения от этой основной цели, сведения наших стремлений только к антирежимной борьбе и фактическому подчинению требованиям московских эмиграционных империалистов для удержания Украины и других народов в рамках Российской империи. Это не те же требования, которые каждая московская имперская система, от царизма до большевизма, навязывала нам средствами страшнейшего террора. Из-за своей непокорности перед вражескими поползновениями и неистребимого желания свободы и государственной независимости Украина принесла и дальше приносит наибольшие жертвы.
И теперь американские силы, которые поддерживают стремена московским империалистам, приходят с теми же требованиями. Приходят в лице приятелей, обещают помощь в антибольшевистской освободительной деятельности, но требуют отречения от целей, присущих освободительной борьбе. Это то же самое, если бы человеку, который борется с бедностью, кто-то предлагал достаток при условии, что он лишит себя жизни. Иначе нельзя этого расценивать. Потому что сотрудничество с московским империализмом на базе только антирежимной борьбы, при отступлении от дела государственной независимости Украины, означало бы отступление от главных целей и сути освободительной борьбы.
На это украинское освободительно-революционное движение не пойдет никогда и ни при каких условиях. Оно не предаст флаг и цели вековых стремлений Украины, которые стоили украинской нации стольких жертв. Не пойдет на это потому, что цель и путь освободительной борьбы Украины определяется только волей и жизненными потребностями украинской нации, а не международной конъюнктурой, не желаниями или влияниями внешних сил. Если бы украинский народ прогибался под давлением или соблазнялся на различные обещания и капитулировал бы перед московским империализмом, то прежде всего прекратил бы борьбу с большевистской формой этого империализма во избежание или хотя бы уменьшение страшных жертв и преследований. А всем, кто интересуется этим, должно быть известно, что в Украине, на Кавказе, в Туркестане и в других странах с независимыми стремлениями, большевистский террор и истребления были и есть несоизмеримо худшие, чем в Московщине, из-за вражды между московским империализмом и непокорными национально-независимыми чаяниями этих народов. Поэтому примирение с этим империализмом в подбольшевистской действительности было бы более понятным, нежели с американскими обещаниями.
Если же украинское освободительное движение никогда не думало и не думает капитулировать перед Москвой, какой бы она ни была, то это следует из его внутренней несокрушимости и последовательности в своих действиях. Но тенденции американской политики, которые пытаются направить его на путь капитуляции, хотя в этом направлении ничего не смогут сделать, все же наносят ему очень большие удары морально-политического характера. Это хорошо используют большевики, как аргумент для морального сломления освободительных антибольшевистских сил. Мол, даже американцы против нашей независимости и если бы пал большевизм, то вы и дальше останетесь в московской неволе, такой, как при царизме, так как белые московские империалисты будут иметь в этом поддержку Америки.
Украинское национально-освободительное движение устоит и перед таким приложением к вражескому натиску. Все украинские силы и отдельные единицы в эмиграции должны единодушно засвидетельствовать национальный отпор на все попытки лишить кого-либо независимых позиций. Если бы даже нашлись какие-то отступники, то этим они поставили бы себя вне рамок украинского освободительного лагеря, и никто не мог бы рассматривать их как его участников или представителей.
Для падения национального фронта перед московским империализмом нет никаких оправданий. Капитуляция перед его эмиграционным, антикоммунистическим вариантом является такой же национальной изменой, как и перед большевизмом. А обстоятельства одного и второго отступления от позиций независимости должны влиять на более острое осуждение таких преступлений в эмиграции. Ибо на Украинских Землях люди действуют часто под страшнейшим террором, хотят спасти свою жизнь и жизнь своих близких. А предательство такого рода для личных или групповых выгод, или ради политической карьеры среди более свободных условий в эмиграции заслуживает еще более острого осуждения.
Не оправдывает и тот факт, что сотрудничество с московскими империалистами и отказ от дела государственной независимости Украины и других порабощенных народов должно происходить в аспекте сотрудничества с американцами на антибольшевистском фронте. Потому что, по сути, такие требования не имеют никакого положительного отношения ни к украинско-американским отношениям, ни к нашей борьбе с большевизмом, разве что только могут быть препятствием в одном и во втором. Идет речь о нашем отношении к московскому империализму и об отречении от целей независимости. Таким образом американское посредничество в этом, цена американской помощи и антибольшевистские наставления ничего не оправдывают. Так же как прислужников большевистской Москвы из так называемого правительства УССР не оправдывают аргументы, что они используют советские формы, чтобы в рамках существующих возможностей максимально удержать и развить хоть что-нибудь из собственной государственности, украинскую культуру, хозяйство и т.п., или что в случае победы США над СССР к власти пришли бы поддерживаемые Америкой белые московские империалисты, которые ликвидировали бы даже существующие при большевиках формы украинской самобытности.
Любая помощь для антибольшевистской акции, поскольку она соединена с антинезависимой, пророссийской политикой, приносит украинскому освободительному делу больше вреда, чем выгод. Никакие акции и достижения, проведенные с такой помощью, даже если бы они были серьезными и полезными, не могут уравновесить крупнейшего, принципиального вреда, каким является прорыв в едином фронте освободительной независимой политики. Но и каждое отдельное действие с чужой поддержкой на базе только антирежимной, антинезависимой концепции делает его неценным или просто вредным.
Например, таковой является антибольшевистская пропаганда через радио или в иной форме, которая должна мобилизовать и активизировать антибольшевистские настроения и действия среди украинского или иного народа, но при этом полностью не затрагивает враждебного отношения к московскому империализму, стремлений к национально-государственной независимости или даже проявляет негативное отношение к этим движущим силам освободительной борьбы. Такая пропаганда является вредной для освободительной борьбы, для всего антибольшевистской фронта, потому что она действует демобилизирующе на главные пружины антибольшевистской борьбы. Она вызывает огорчение и неприязненное отношение воюющих с большевизмом национально-освободительных движений против инспираторов такой пропаганды и дает противоположный эффект, чем тот, который хотели бы получить ее инспираторы.
Для освободительной борьбы Украины и других народов наибольшую ценность имеет настоящая политическая поддержка целей этих стремлений и признание за ними свойственного им веса в международном развитии, на соответствующих аренах мировой политики. Большое значение и ценность имеет каждая практическая помощь для подготовки и ведения освободительной борьбы, для независимой антибольшевистской деятельности или для сохранения украинских национальных ценностей и сил, если такая помощь базируется на позитивном отношении к самой сути стремлений Украины за государственную независимость. Минимальной предпосылкой для того, чтобы помощь какого-либо государства была своевременной и полезной для освободительного движения, является тот факт, чтобы это государство не имело таких целей и не вело такой политики, которая противоречила бы основным целям украинского освободительного движения, и чтобы не связывало своей помощи с требованиями, которые противоречат позициям украинской независимой политики.
Четкое и непоколебимое негативное отношение всех украинских сил в эмиграции к пророссийской концепции в американской политике и к ее попыткам затащить их на эти рельсы, имеет важное значение не только для украинского дела, но и для правильности самой американской политики и для взаимоотношений между фронтом освободительной борьбы порабощенных Москвой народов и антибольшевистскими действиями западных государств. Мы должны сделать все, чтобы опровергнуть ложные представления, непонимание, чтобы развеять фальшивые иллюзии, преодолеть вредные концепции и предотвратить нежелательное для обеих сторон развитие взаимоотношений. Объективные данные говорят о том, что наши освободительные стремления и антибольшевистская политика США и других западных государств должны найти общий язык в борьбе против общего врага. Потому что для тех и других общим врагом является и московский империализм, в любом проявлении, и коммунизм как система.
Было бы глупо рассчитывать на то, что противники СССР смогут использовать для своих целей антибольшевистскую борьбу украинского народа, независимо от того, как сами будут относиться к его освободительной борьбе. Правда, мы нашей антибольшевистской борьбы не прекратим и не ослабим под влиянием неблагоприятного отношения США или других западных государств. Но план борьбы, стратегия освободительной революции может предусматривать более широкий план единой борьбы, чтобы общими силами и скоординированными действиями как можно скорее победить общего врага в том случае, если у нас есть союз и гарантии, что общая победа предоставит и нам возможность достижения наших освободительных целей. В противном случае, если нас не рассматривают как союзников и не уважают наших целей, тогда мы должны бороться самостоятельно, как и прежде, имея в виду и то, чтобы ее не могли воспользоваться такие силы, которые имеют неприязненное отношение к нашей самостоятельности.
Если бы на смену большевизма в Украине пришли московские империалистические захватчики другого цвета, то украинский народ повел бы против них такую же борьбу, как против большевиков, независимо от того, будут ли они иметь чужую поддержку и со стороны каких государств. Во время Второй мировой войны украинское революционно-освободительное движение вело борьбу на два фронта – против большевизма и гитлеровских захватчиков. Гитлер хотел сделать из Украины свою колонию, так же как и Москва, поэтому ситуация была понятна. Но какой смысл Америке или иным западным государствам становиться врагом Украины для того, чтобы помочь москалям удержать империю, которая когда-то вновь поднимет рога против Запада?
Пророссийскую концепцию американской политики, с ее попустительством московским империалистам и попыткой отдать им на растерзание освободительное движение угнетенных народов, в ее последних проявлениях считаем вредной и бессмысленной, как с нашей точки зрения, так и с точки зрения смысла американской и мировой борьбы с большевизмом. Видим в ней пользу только для московского империализма всех видов. Но пока эта концепция не только существует, но и определяет американскую политику на нашем отрезке. Наша решительная позиция против нее защищает не только дело освобождения Украины и других порабощенных Москвой народов. Ее целью является также поддержка мирового фронта обороны жизни и свободы народов перед сокрушительным наступлением московского империализма и его инструментом – коммунизмом.

Комментарии закрыты.