1948 Протокол допроса Кривуцкого

8 Январь 2015 автор: admin

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА
обвиняемого Кривуцкого Ивана Михайловича
об основных направлениях работы и мероприятиях районной референтуры СБ
Копия
От 3 февраля 1948 года
Допрос начат в 11 ч. 30 м.
ВОПРОС: На предыдущих допросах вы показали, что в 1945 и в 1947 г.г. являлись руководителем СБ районного провода ОУН. Сообщите, какие функции выполняла «СБ» районного «Провода» ОУН?
ОТВЕТ: Одна из основных функции «СБ» районного «Прово¬да» ОУН это вести разведывательную, контрразведывательную и ка¬рательную работу. Пресекать действия и уничтожать всех, кто в той или иной мере ведет борьбу, направленную против ОУН, т.е. выяв¬лять лиц, ведущих работу против ОУН и наказывать их — в основном уничтожать.
Но кроме этого «СБ» занималась также сбором информации по всем без исключения вопросам на территории района своих действий. Информации собирались о войсках, о деятельности местных властей, о настроениях среди населения, о происходивших событиях и по всем другим вопросам.
Обо всех собранных сведениях ежемесячно направлялась информа¬ция в надрайонный «Провод» ОУН.
Также ежемесячно направлялась в надрайонный «Провод» ОУН информация о проведенной карательной работе в районах.
Наряду с этим «СБ» районного «Провода» ОУН занималась до¬ставкой особо важной почты, обеспечением связи между руководя¬щим составом подполья ОУН, охраной проходивших через террито¬рию район а лиц руководящего состава ОУН, сбором продовольствия для находящихся в подполье оуновцев, а также выявлением и пре¬сечением преступной деятельности среди участников подполья, т.е. выявлением лиц, занимавшихся кражами у участников подполья, расследованием конфликтов между участниками подполья ОУН и других подобных этому фактов.
ВОПРОС: Расскажите, какую карательную работу вы провели за время службы в «СБ» районного «Провода» ОУН.
ОТВЕТ: Я уже показывал на предыдущих допросах, что за время моей работы в «СБ» мною было арестовано и расстреляно больше 20 человек советских и польских граждан. Расстрелы этих лиц произво¬дил я лично с участием боевиков «СБ», которых я имел в своем под¬чинении более 20 человек.
Кроме того мною также арестовывались советские граждане, допрашивались и в связи с тем, что их виновность в деятельности, направленной против ОУН полностью установлена не была, они под¬вергались наказанию, затем освобождались. Назвать количество лиц, которые мною были подвергнуты другим видам наказания, кроме расстрела, я сейчас затрудняюсь, но насколько я помню их по коли¬честву было меньше, чем расстрелянных.
ВОПРОС: Какие другие виды наказания, кроме расстрела, вы применяли?
ОТВЕТ: Были случаи, что если виновность того или другого лица не установлена, по на него падали какие-либо подозрения, такой че¬ловек подвергался телесному наказанию — ударами палками от 10 до 25 ударов, так называемые — удары буками — дубинками. Обычно это делалось по моему приказу и выполнялось боевиками «СБ» в моем присутствии.
Как правило, это делалось тогда, когда человек был арестован, но при допросе его виновность не установлена и он подлежал освобож¬дению. Чтобы он не рассказывал никому, где находился, кроме этого, чтобы устрашить других, он и подвергался телесному наказанию.
Кроме телесного наказания существовали также такие виды на¬казания как конфискация всего имущества в пользу ОУН, и выселе¬ние — удаление из того или другого района.
Каких-либо конкретных указаний к кому какие меры наказания применять в зависимости от преступления не бы лэ. Об этом решал я с руководителем районного «Провода» ОУН или же с руководителем «СБ» надрайонного «Провода» ОУН.
ВОПРОС: Куда же вы девали конфискованное таким образом имущество?
ОТВЕТ: Конфискованное имущество передавалось в так назы¬ваемую ингендатуру. Конфискацией, как правило, занимались нахо¬дившиеся в моем подчинении боевики «СБ».
ВОПРОС: Каким образом и через кого вы занимались выявлени¬ем лиц, ведущих борьбу против ОУН?
ОТВЕТ: В каждом кусте ОУН я имел так называемых информа¬торов — они фактически являлись руководителями «СБ» кустового «Провода» ОУН, но поскольку самостоятельной карательной работы они не вели, все собранные материалы в письменной форме передавали мне.
Кустовые информаторы «ГАЛКА», «ЛЕВ» и «ЕВГЕН» < ...> под¬держивали связи с жителями сел, где через лиц симпатизировавших ОУН собирали информации о враждебно настроенных к ОУН жите¬лях и передавали эти сведения мне. Кроме этого информаторы также собирали такие сведения от участников подполья, связников и путем личного наблюдения.
Я в районном «Проводе» ОУП имел специальную квартиру, где были карточки на всех лиц, сведения на которых поступали. На кар¬точке я записывал суть поступивши хна то или другое лицо сведений и сообщал об этом в «СБ» надрайонного «Провода» ОУП.
По мере накопления материалов на то или другое лицо и прини¬мались меры репрессии к нему.
О производившейся карательной деятельности «СБ» в районе, я как руководитель «СБ» ежемесячно писал отчет в «СБ» надрайонного «Провода» ОУН.
ВОПРОС: Кроме информаторов по кустам вы имели специаль¬ных агентов по выявлению враждебно настроенных к ОУН лиц?
ОТВЕТ: Нет, специальных агентов по выявлению враждебно на¬строенных к ОУН лиц, я не и ксл, но очень много сведений о таких ли¬цах поступало от самих участников подполья ОУН, которые собира¬ли их, общаясь с населением. В большинстве случаев такие сведения поступали от руководящего состава ОУН, а также от боевиков «СБ», которые занимались доставкой почты, заготовкой продуктов и т.д.
Большое количество сведений такого и другого порядка я добы¬вал во время допроса арестованных лиц за деятельность, направлен¬ную против ОУН.
Должен также указать, что, как правило, при допросах арестован¬ных лиц мною и моими боевиками применялись разного рода меры физического воздействия. Большинство арестованных били. Если же тот или другой арестованный не признавался и после того, как его били и на него не было материалов, уличающих его в деятельности против ОУН, т.е. не было доносов, такой арестованный освобождал¬ся, а избиение при допросах засчитывалось, как наказание за то, что он подозревался в деятельности против ОУН.
ВОПРОС: Назовите лиц, которые вами были подвергнуты реп¬рессиям за направленную против ОУН деятельность?
ОТВЕТ: Всех, кто мною подвергался разного рода репрессиям, я назвать не могу, так как их фамилий, а также материалов, которые на них были, я не помню.
Я уже показал выше, что аресты производились на основании пос¬тупивших мне доносов, никогда ни каких свидетелей я не допрашивал и указаний на этот счет ни от кого не получал. Но были случаи, когда мною арестовывались лица по предложению «СБ» надрайонного «Про¬вода» ОУН, как видно на основании имевшихся у них материалов.
Так, например, осенью 1946 года я получил распоряжение от ру¬ководителя «СБ» надрайонного «Провода» ОУН арестовать и доста¬вить к нему машиниста нефтепромыслов Ропенко — Конопельского.
Сколько я принимал попыток арестовать Конопельского, мне это не удалось. После того, как я сообщил в надрайонную «СБ», что арес¬товать не удается, оттуда получил указание лично уничтожить Коно¬пельского, что я и выполнил.
Осенью 1946 года я со своими боевиками «ПИМСТОЙ», «БИ- ЛЫМ» и «КРУК» ночью проник на нефтепромысел, зашел в машин¬ное отделение, где дежурил Конопельский и выстрелом из пистолета убил Конопельского. Место работы и личность Конопельского мне указал « ПИМСТА» < ...>, так как он его знал лично и знал располо¬жение машинного отделения, поскольку до ухода в подполье ОУН, работал на ропенских нефтепромыслах.
Летом 1946 года боевиками под моим руководством был аресто¬ван прибывший в село работник польской контрразведки БЛАГУТА.
На допросах он дал показания о деятельности против ОУН и на¬звал ряд агентов польской разведки, работающих по выявлению под¬польщиков ОУН. По его показаниям мною были арестованы Коно¬пельский— житель с. Завадки, староста с. Безмыгово крестьяне из с. Семушева и с. Станково и ряд других.
Все они были расстреляны, также как и БЛАГУТА. Других лип, расстрелянных мною за время работы в «С Б» сейчас назвать не могу, так как не помню.
ВОПРОС: Каким образом вы занимались сбором продуктов пи¬тания для подполья ОУН?
ОТВЕТ: Сбор продуктов питания для подполья ОУН производил¬ся в основном через специальных кустовых уполномоченных по про- довольствию. Наблюдение за сбором продуктов кустовыми уполномоченным проводил боевик «СБ» «ПИМСТА» — < ...>. Населению указывалось, какое количество из какого двора-хозяйства должны внести каких продуктов. Кроме этого села в целом должны были пе¬риодически давать по несколько голов скота.
Если же кто-либо не выполнял разнарядки, продукты забирались насильно, причем, как правило, в далеко большем количестве, чем полагалось по разнарядке. В принудительном сборе продуктов принимал участие также и < ...>, но привести конкретные случаи у кого и что он брал, не могу, так как не помню. Таких случаев было много. О них мне докладывали только в устной форме.
Верно: подполковник < ...>
ГА СБУ. – Ф. 13. – Спр. 312 —Т. 20. – с. 93-99
(Копия)
1. ОУН(Б) созвала 30 июня 1941 г. во Львове «законодательные сборы западноукраинских земель» и провозгласила Акт возобновления украинского государства. По указанию С.Бандеры Украинское государственное правление возглавил Я.Стецько. В составе этого органа предусматривалось ведомство («ресорт») безопасности под руководством М.Лебедя.
В ответ на Акт 30 июня 1941 г. и последующие мероприятия ОУН(Б) 4 июля немцы задерживают С.Бандеру. После отказа удовлетворить требования оккупантов относительно отмены Акта с 15 сентября проводятся массовые аресты сторонников этой ветви ОУН в Украине на территории III рейха (около 1500 лиц до октября 1941 г.). В начале сентября Абвер по указанию своего начальника Канариса разрывает официальные отношения с бан¬деровцами, а 16 сентября арестовывается и координатор их сотрудничества Р.Яри. Директива полиции безопасности от 25 ноября 1941 г. приказывает уничтожать бандеровцев «под видом грабителей». До начала 1941 г. немцы ликвидировали 15 и бросили в концлагеря 300 руководящих функционеров ОУН. В 1942—1943 гг. продолжались репрессии оккупантов против двух ветвей ОУН как в Украине, так и в ряде крупных городов Германии, Австрии, Польши, Чехословакии.

Комментарии закрыты.