1944 Спецсообщение УНГБ УССР

7 Январь 2015 автор: admin

СПЕЦИАЛЬНОЕ СООБЩЕНИЕ НКГБ УССР О СЛЕДСТВЕННОЙ ПРАКТИКЕ СБ
< ...> В функции полицейско-исполнительного отдела СБ, по имеющимся у нас материалам, входит главным образом, следствие, выполнение приговоров и учет.
В одном из приказов о «деловом звене» полицейско-исполнительного отдела СБ указывается, что в него должны входить только хорошо развитые мужчины, в том числе не менее 3-х человек, один из которых назначается следователем.
Следственная и карательная практика «Службы Безопасности», яв¬ляясь одним из видов террора, проводимого ОУН — УПА, носит харак¬тер, превосходящий по своей мерзости средневековье.
Так называемое «цукрування», когда допрашиваемому связывают голову тонким ремнем или крепкой бичевкой, а затем постепенно на¬кручивают палкой дотехпор, пока череп не даст трещин, прижигание пяток, избиение — таков метод следствия «Службы Безопасности» ОУН – УПА
Повешение, убийство заподозренных людей и их семей, в том чис¬ле матерей, жен и детей топором, перепиливание пилой — так обычно, выполняются приговора, выносимые следователями полицейско-ис¬полнительных органов «Службы Безопасности» ОУН — УПА.
Как видно из документов, отчетов, главное внимание «Службы Безопасности» ОУН — УПА уделяет борьбе с коммунистами. Рубрика отчетов «обвинение за коммунизм» стоит на первом месте и единс¬твенным приговором за это «преступление» является смерть.
Из отчетов надрайонных отделов «Службы Безопасности», за¬шифрованных именами «КОЛЕНО» и «МОРЕ» видно, что за период с 20.10.43 по 31 .Х.43 г. этими отделами проведено следствие по 94 чел. с обвинением «за коммунизм». Как указывается в отчете все 94 чело¬века были приговорены к расстрелу, а так как в бандах действовало распоряжение о необходимости беречь патроны и не растрачивать на расстрел «врагов», то расправа с приговоренными производилась, ви¬димо, обычным для ОУН — УПА способом.
Малейшее подозрение в том, что то или иное лицо имеет отноше¬ние к «советскому подполью», или проводит антинационалистическую деятельность и сопротивляется приказам УПА и «Службы Безо¬пасности» — влечет за собой смертный приговор. < ...>
Как видно из приведенных и целого ряда других фактов, следс¬твие проводится «Службой Безопасности» сугубо формально, часто без допроса свидетелей, особенно если речь идет о подозрении в ком¬мунизме, протокол допроса занимает не больше полустраницы. Как правило, следователь выносит и приговор по делу (обычно смертную казнь), который или выполняется после того полицейско-исполни¬тельным органом СБ, или проходит через т.н. «Ревтрибунал». < ...>
ГА СБУ. – Ф. 13. – Спр. 376. – Т. 49. – С. 194 -196.
(Машинопись, копия)
От авторов: Необходимо учитывать обоюдный характер жестокости, брутальности в действиях участников противоборства в Западной Украине. Как открыто указывалось в телеграмме министра госбезопасности УССР С. Савченко начальникам УМГБ региона (31 марта 1949 г.), чекисты «вместо проведения систематических и глубоких чекистских мероприятий по розыску и ликвидации вооруженных оуновских банд и террористов идут по линии наименьшего сопротивления, подменяя ликвидацию этих элементов работой по изъятию пособий и других второстепенных оуновских связей… Добиваясь таким образом формальных показателей в работе, они фактически занимаются «замыливанием глаз», порождают нарушение норм КПК и советской законности». Другими словами, квалифицированные оперативно-розыскные мероприятия подменялись репрессивными мерами по отношению к населению, органы не отягощали себя доказательством причастности многих граждан к подполью.
В 1945 г. Политбюро ЦК КП(б)У дважды принимало постановления о фактах нарушения законности в работе органов. В тот же год из НКВД- НКГБ республики за моральное расложение уволили 240, нарушение законности – 539, по результатам спецпроверок — 3640 сотрудников, осуждено военным трибуналом 326. 24 июля 1946 г. выходит решение ЦК КП(б) У «О недостатках в работе суда, прокуратуры и органов МВД — МГБ по борьбе с нарушителями советской законности в западных областях». Констатировалось, что в апреле-ноябре 1946 г. раскрыто 396 нарушений (из них совершено сотрудниками МВД — 123, МГБ — 64), среди них самосудных расстрелов —18, грабежей и изнасилований — 9, незаконных обысков — 34, нарушений во время следствия – 51. в первом полугодии 1949г. из 1189 привлеченных к административной ответственности сотрудников МГБ 731 работал на ЗУЗ, из 25 осужденных военными трибуналами — 16.
Применение органами агентурно-боевых групп также сопровождалось многочисленными нарушениями законности, о которых упоминалось в докладной военного прокурора войск МВД Украинского округа полковника юстиции Кошарского от 15 февраля 1949 г., направленной секретарю ЦК КП(б)У Н. Хрущеву. В ней указывались примеры убийств, избиения, изнасилований, грабежей гражданского населения со стороны агентов-боевиков. Делались выводы о том, что «брутально-провокационная и неразумная работа ряда спецгрупп,… произвол и насилие над местным населением» усложняют борьбу с ОУН, «подрывают авторитет советской законности и безусловно наносят вред делу социалистического строительства в западных областях Украины», «действия т.наз. спецгрупп МГБ носят ярко выраженный бандитский антисоветский характер и не могут быть оправданы никакими оперативными соображениями».
То же самое наблюдалось в действиях войск МВД-МГБ. Потери сослуживцев (включая случаи убийства их с особой жестокостью) и постоянное психологическое напряжение, атмосфера полицейских операций в незнакомом регионе с вражески-индиферентно настроенным населением, значительное превышение официальных сроков службы вызывали угнетенное моральное состояние военнослужащих срочной службы, что фиксировалось и материалами перлюстрации их переписки, приводили к распространению актов жестокости и нарушения законности при проведении операций.
О таких фактах, в частности, сообщалось министру внутренних дел УСCP Т. Строкачу в письмах начальника отдела СМЕРШ Внут¬ренних войск (ВВ) НКВД Украинского Округа полковника Павло¬ва «О негативных настроениях среди личного состава частей и объединений ВВ МВД» округа (18 июля 1946 г.) и «О росте преступности и других аморальных проявлений в частях войск МВД» (21 июля). Как констатировалось в директиве В.Дроздова №57 от 31 мая 1947 г., личный состав во время операций против ОУН и УПА «уродует трупы убитых до такого состояния, что исключается любая возможность опознания», снимает одежду и обувь убитых, допускает «бесцельное фотографирование трупов убитых в… позах, которые не имеют практического значения при проведении опознания». Случаи брутального поведения с населением вызвали возмущение даже у офицеров «закаленной» в антиповстанческих операциях и депортациях дивизии им. Дзержинского. Как писал 3 февраля 1947 г. И.Сталину лей¬тенант П. Кривошеин, его командиры требуют «не баловаться с мужчинами и женщинами, а, при необходимости, применить с ним высшую меру». «Нельзя, — писал офицер, — стрелять в женщин или стариков на глазах их соседей».

Комментарии закрыты.